среда, 28 августа 2013 г.

Мигачи

Чуть  наискосок  от  меня,  через  дорогу,  во  втором  доме  до  сих  пор  живут  в  Шевелеве  последние  оставшиеся  там  местные  жители.   Муж  и  жена  по  фамилии  Мигачёвы.   Или,  как  их  там  всегда  называли  -   Мигачи.     Мигач  и  Мигачиха,  если  за  глаза.  А  вообще-то  он  Анатолий  Николаевич,  или  дядя Толя,  а  она  просто  Шура,  несмотря  на  то,  что  ей  84  года.  Да  и  Мигач  не  мальчик  -  ему  75,  мой  ровесник.

Прямо  скажем,  довольно  нестандартный  по  деревенским  понятиям  брак.  Обычно  мужики,  особенно  деревенские,  берут  бабу  моложе  себя.   А  тут  почти  10  лет  разницы  в  обратную  сторону.   Когда  я  пыталась    узнать  у  Шуры,  как  так  получилось,  она  сказала,  что  он  был  и  остался  маменькиным  сынком,  и  в  ней  он  искал  именно  "мамку",  за  широкой  спиной  которой  можно  уютно  устроиться.

Вот  как  они  выглядели  в  молодости:


А  теперь  он  выглядит  так:


Мигач  был  первым  местным  жителем,  с  которым  я  познакомилась  после  покупки  дома.  Обдираю  я  себе  спокойненько  обои,  как  вдруг  в  дверном  проеме  появляется  пьяненький,  очень  маленького  роста  мужичонка,  садится  на  порог  и  начинает  выяснять,  кто  я,  откуда  и  почему  вдруг  мне  понадобился  этот  дом.   Я  стараюсь  отвечать  содержательно,  но  какой  разговор  с  пьяным?   Мужичок  -  само  радушие,  и  просит,  если  чего  нужно,  обращаться  к  нему  без  всякого  стеснения.

Это  я  потом  поняла,  что  Мигач  в  пьяном  виде  наобещает  тебе  все,  что  хочешь.   И  даже  сделает,  если  будет  в  состоянии  (чем  многие  бессовестно  пользовались).  В  трезвом  виде  обещаний  не  помнит.  Но  если  обратиться  с  просьбой  к  трезвому,  сделает  обязательно,  если  сможет.   Собственно,  он  оттого  и  бывал  частенько  поддатый,  что  люди  "благодарили"  его  за  какие-нибудь   услуги   стандартным  деревенским  способом  -  наливали.    Но  хоть  у  меня  и  "было"   (на  всякий  случай),  я,  уважая  Шуру,  никогда  не  спаивала  её  супруга.   Деньги,  предлагаемые  мной,  он  принципиально  не  брал.  Так  что,  за  20  с  хвостиком  лет  я  в  долгу  перед  ним,  как  в  шелку.   А  как  бабе  в  деревне  одной,  без  мужика?   И  хоть  я  рукастая,  но  косу  налаживал  мне  он.   И  уже  не  помню,  что  еще  он  мне  делал.   Но  делал.

Иногда,  пьяненький   (а  трезвый  он  ко  мне  почти  не  приходил),  он  пытался  даже  не  то,  чтобы  кадриться,  а  слабо  намекать,  что  я  ему  нравлюсь  и  он  меня  "уважает".  И  даже  говорил,  за  что  -  за  ум,  как  ни  странно.   И  со  своей  стороны  я  могу  сказать,  что  он  в  деревне  был  для  меня  единственным  "братом  по  разуму".  Иногда,  когда  я  заставала  его    в  трезвом  состоянии,  нам  удавалось  побеседовать  на  достаточно  умные,  совсем  не  деревенские   темы.

Мигач  был  нестандартен  и  нетипичен  для  деревни  "от  и  до".   Ну  какой  предприимчивый  деревенский  мужик  упустит  возможность,  отслужив  в  армии  и  получив  на  руки  паспорт,  распрощаться  с  убогой  деревенской  жизнью  навсегда?   Он  и  попытался  это  сделать  -  на  какое-то  время  осел  в  городе,  устроился  на  работу.   Но  не  понравилась  ему  городская  жизнь,  и  вернулся  он  в  родное  село,  женился  на  мамке-Шуре  и  прожил  жизнь  за  ее  широкой  спиной  на  правах  большого  ребенка,  живя  так,  как  ему  хотелось.

А  хотелось  ему  что-то  изобретать  и  что-то  делать  головой  и  руками.   Он  -  самородок,  прирожденный  Кулибин.  Чего  только  он  не  изобретал  и  не  делал?    В  основном  это  было  что-то  транспортное.   Находил    где-то  что-то  списанное  и  выброшенное  на  свалку,  приволакивал  это  добро  в  свой  сарай  и  делал  из   металлолома  нечто  самодвижущееся  и  полезное.   Причем,  разбирался  во  всем  -  и  в  механике,  и  в  электрике.   И  фары  у  него  светились,  и  бибикалка  бибикала.

Еще  в  прошлом  году  стоял  у  него  на  дворе  самодельный  трактор,  которым  он  и  пахал,  и  косил,  и  сажал,  и  окучивал,  и  выкапывал.    И  даже  ездил  на  нем  в  центральную  усадьбу.   В  этом  году  трактора  я  не  увидела.   Зато  во  дворе  стоял  самодельный  грузовичок.


 Собранный  из  старья,  он  довольно  шустро  бегает  по  местным  разбитым  дорогам.

Я  уж  не  говорю  об  инвалидной  коляске,  сделанной  им  для  жены:


Но  самое  главное  его  достижение  стоит  в  сарае.    Вот  в  этом  самом  сарае  для  просушки  картошки,  дверь  в  который  приотворена.


А  если  в  дверь  войти  -  там  стоит  вот  такая  красота:


Если  кто  не  понял,  это  аэросани.   Причем  -  работающие,  проверенные  в  деле.   Развивают  скорость  по  снежной  целине  более  80  км/час.   Спидометра  на  них  нет,  но  он  на  них  обгонял  автомобиль,  идущий  по  дороге   именно  с  такой  скоростью.   

Это  уже  далеко  не  первая  модификация  его  саней.   Когда  зимой  до  деревни  расчищали  дорогу,  сани  были  на  полозьях.   А  теперь  дорогу  не  чистят,  и  ему  пришлось  делать  сани,  скользящие  на  брюхе.   И  сделал-таки.    А  особенно  он  гордится  винтом,  который  сам  выстрогал  из  дерева.

Спрашивается,  зачем  человеку  аэросани?   Ну,  если  раньше  они  были  скорее  для  выпендрежа,  то  теперь  это  предмет  первой  необходимости.   Я  уже  говорила,  что  семья  зимует  в  деревне.  Два  старика  75-ти  и  84-х  лет.  Из  которых  один  (вернее  -  одна)  в  высшей  степени  больной  человек,  полуслепой,  живущий  на  таблетках  да  еще  и  с  переломом  шейки  бедра.  Нет,  они  не  совсем  брошены  на  произвол  судьбы.   Наше  человеколюбивое  государство  назначило  им  опекуна,  человека,  который  должен  их  навещать,  колоть  дрова,  приносить  хлеб, воду  и  иные  продукты,  покупать  лекарства. 

  Это  -  местный  почтальон,  живущий  в  пяти  километрах  от  нашей  деревни.   На  его  попечении,  кстати,  еще  один  больной  старик  из  деревни  Ванчугово,  до  которой  от  Шевелева  еще  4  км.   Лет  почтальону  под  40.  И  добирается  он  до  своих  подопечных  стариков  летом  на  велосипеде,  а  зимой  на  лыжах.   Как  говорится,  "при  любой  погоде,   и  непогоде".   Человек,  кстати,  пьющий.  И  хорошо  пьющий.    И  вот  на  тот  случай,  если  почтальон  почему-то  не  придет,  или  случится  в  семье  какое-то  ЧП,  и  нужны  аэросани.   Если,  конечно,   с  ним  самим  по  дороге  ничего  не  случится.   Вот  представьте  себе,  что  сани  сломаются  на  полпути.  Как  он  будет  добираться  до  жилья  по  полуметровому  (а  то  и  глубже)  рыхлому  снегу  без  лыж?   И  это  наша  страна,  Россия-матушка,  где  человек  для  государства  -  хуже  грязи.

Ладно,  риторику  в  сторону,   щас  закончу  про  дедушку  и  начну  потом  про  бабушку.

Мигач  -  человек  известный  всей  округе.   Если  у  кого-то  что-то  сломалось,  везут  к  нему.  И  не  было  случая,  чтобы  он  не  помог.  А  вот  в  какой  "творческой  лаборатории"  он  создает  свои  шедевры.



И,  что  самое  удивительное,  знает,  где  что  лежит.  Когда  в  этот  раз  мне  понадобилась  очередная  железяка,  он  только  руку  протянул  и  сразу  нашел.

И  вот  теперь  -  о  Шуре.

Как  я  уже  говорила,  у  нее  сломана  шейка  бедра.  7  лет  назад  она  неудачно  упала  в  сенях  и  угодила  в  Кашинскую  больницу.   Там   ее  подержали,  сколько  положено,  да  и  спровадили  в  дом  престарелых.

Мигач,  оставшись  один,  пьянствовал  беспробудно.   Более  того,  его  дом  постепенно  превратился  в  грязный  притон,  где  обосновались  все  местные  забулдыги.  В  дом  было  страшно  войти.   И  когда  он  сказал  мне,  что   решил  Шуру  забрать,  я  просто  в  ужас  пришла  и  написала  ей  письмо,  чтобы  она  этого  не  делала.

Но  я  оказалась  неправа.    Шура,  передвигавшаяся  на  костылях,  живо  разогнала  всю  эту  шушеру,  и  в  доме  установился  относительный  порядок.   Перелом  шейки  бедра  оказался,  как  она  сказала,  "вколоченным",  и  она  худо-бедно  могла  опираться  и  на  эту  ногу  тоже.   И  вообще,  Шура  оказалась  совершенно  железной,  героической  женщиной. Каждый  божий  день  она  на  костылях   ковыляла  для  моциона  по  деревне  и  держалась  в  относительной  форме.   Никогда  я  не  слышала  от  нее  нытья  и  жалоб  на  жизнь.  Но  вот  поговорить  о  том,  как  они  жили  в  колхозе  при  советской  власти,  она  очень  любила.  И  я  теперь  локти  кусаю,  что  считала  эти  ее  разговоры  утомительными  и  ненужными.  А  их  надо  было  записывать  в  назидание  потомству.    Она  работала  в  коровнике  и  застудила  ноги,  так  как  приходилось  по  щиколотку  в  навозе  работать  чуть  ли  не  босиком.   Именно  на  таких,  как  Шура,  и  держалась  советская  деревня.

Если  честно,  я  думала,  что  ей  сносу  не  будет,  что  она  вечная.   Но  в  этот  свой  приезд,  зайдя  к  Мигачу  в  его  сарай,  я  услышала  от  него,  что  Шура  совсем  плохая,  хочет  помереть  и  грозится  удавиться.   Что  она  измучила  его  своими  капризами  -  то  ей  хочется  каши,  а  когда  он  сварит  кашу,  она  ее  не  ест,  а  требует  киселя.   Что  у  нее  бывают  какие-то  завихрения  в  мозгах  и  он  не  знает,  что  с  ней  делать.  А  вот  вчера  у  нее  распухла  нога,  так  как  она  заразилась  от  бесхозной  больной  собаки,  ее  надо  срочно  везти  в  Кашин,  а  не  на  чем,  так  как  его  техника  не  имеет  права  ездить  по  дорогам  - не  аттестована.   Я  говорю  -  так  кругом  же  полно  дачников  с  машинами  -  попроси.    Крутит,  видно,  что  почему-то  не  хочет.  Так  я  и  не  поняла,  где  зарыта  собака.   Когда  я  сказала,  что  хочу  поговорить  с  ней,  он  сказал,  что  этого  не  надо  делать,  т.к.  она  все  равно  ничего  не  понимает.

Но  на   следующий  день,  я  решила  зайти,  ни  у  кого  разрешения  не  спрашивая.   Дом  не  был  заперт,  и  я  просто  постучала   для  очистки  совести  и  явочным  порядком  ввалилась  в  комнату.   Шура  спала,  откинувшись  на  постели  и  свесив  ноги  в  валенках.   Мигач  оторопел  от  моей  наглости,  потом  махнул  рукой  и  ушел.   Я  Шуру  разбудила,  она  меня  узнала,  и  мы  час  с  ней  проговорили.   Основное,  что  ее  волновало,  как  бы  умереть  именно  сейчас,  летом,  когда  ее  смогут  похоронить  по-человечески  -  и  могилку  выкопают,  и  народ  на  поминки  приехать  сможет.   А  что  будет,  если  она  умрет  зимой,  когда  и  снегом  все  занесено,  и  земля  проморожена,  лопата  ее  не  возьмет?  Она  что,  будет  лежать  во  дворе  под  снегом  до  весны?

Вот  такой  у  нас  был  разговор.  Я  стала  говорить,  что  надо  что-то  делать,  хлопотать,  чтобы  им  дали  комнату  в   Пустыньке  (центральной  усадьбе),  где  и  медицина  какая-никакая  есть,  и  люди  кругом.   Но  не  ей  об  этом  хлопотать  надо,  а  Мигачу.   А  Мигач  дал  понять,  что  ему  в  Пустыньке  в  убогой  комнатенке  делать  нечего.  Никуда  он  из  своей  хаты,  где  рядом  его  сарай-мастерская,  не  поедет.  У  него  свой  интерес.  И  как  совместить  оба  интереса  я  не  знаю.

Тогда  я  стала  уговаривать  ее  "сдаться"  в  дом  престарелых,  а  он  пусть  живет  здесь.  Но  мне  сказали,  что  в  дом  престарелых  теперь  не  попасть,  так  как  их  почти  все  расформировали,  так  как  идти  работать  туда  никто  не  хочет.  Старый  персонал  повымер,  а  молодежь  не  идет.

В  общем,  я  ушла  от  них  с  тяжелейшим  грузом  на  душе.  Делать  что-то  надо!    Оставить  их  подыхать  зимой  в  этой  тьмутаракани  без  медицины  просто  преступление.

Господа  хорошие,  что  делать-то?

ЧТО   ДЕЛАТЬ  ???????    ДАЙТЕ  СОВЕТ....  
  
Вопрос  не  риторический.   Мне  на  самом  деле  нужен  совет  -  как  спасти  стариков.

И  вот  вам  Шура.  Посмотрите  на  нее,  пока  живая.


Этот  сундучок  на  коленях  -  ее  аптечка.   А  палку  над  головой  Мигач  приладил,  чтобы  она  могла  поднимать  себя.







понедельник, 26 августа 2013 г.

Мое Простоквашино

Вообще-то  оно  называется  Шевелево.
Свой  дом  я  купила  там  лет  25  тому  назад.   После  смерти  хозяйки  он  года  два  пустовал.  А  когда  разрешили  покупать  дома  в  деревне,  я  была  в  числе  первых.

Продавал  дом  сын  хозяйки,  пропойца  из  пропойц,  живший  в  славном  городе-курорте  Кашине  в  20  км  от  этой  деревни.   И  сторговались  мы  рублей  за  600.   Домик  был  с  виду  ладный,  если  не  считать  того,  что  крыша  двора  (сарая,  являющегося  продолжением  дома)  была  дырявая.  Но,  как  я  тогда  посчитала  -  нафига  мне  сарай?   Рухнет,  так  рухнет.    Со  временем  я  поняла  его  нужность,  но  было  уже  поздно  -  он  рухнул.   Поэтому  всякое  барахло  жило  у  меня  в  доме  вместе  со  мной.

Вся  нужная  мебель  и  утварь  в  доме  была,  поэтому  никакого  обустройства  и  обзаведения  мне  не  потребовалось.    Когда  я  впервые  вошла  в  дом,  мне  не  понравился  запах  в  нем.   И  решив,  что  это  от  впитавших  вонь  обоев,  я  принялась  обдирать  их   до  бревен,  так  как  я  где-то  видела  именно  такой  дом  и  пахло  в  нем  сосной.

Это  была  самая  большая  глупость,  которую  я  совершила.   Мало  того,  что  я  потратила  на  это  все  лето,  запах  в  доме  не  изменился,  а  заклеить  ободранные,  с  обрывками  старых  обоев  бревенчатые   стены  новыми  обоями  я  не  собралась.    Так  и  прожила  все  20  с  хвостиком  лет  в  полном  безобразии.

Дом  хорошо  стоял  и  хорошо  смотрелся  с  улицы.  По  обе  стороны  фасада  росли  огромные  столетние  (если  не  старше)  ивы.   Окнами  дом  был  на  север,  поэтому  летом  в  нем  всегда  было  нежарко.

Потом  я  посадила  перед  домом  шиповник.  Причем,  сорт  оказался  "ползучим".   И  теперь  он  разросся  так,  что  с  улицы  дома  совсем  не  видно.   Ивы  со  временем  упали  от  старости  (хорошо  -  не  на  дом!),    и  теперь  вместо  мощных  старых  деревьев  -  огромные  кусты  ивовой  корневой  поросли.   А  с  боков  вплотную  к  дому  подобралась  малина.   И  дом  утонул  в  зелени  полностью  и  прорубаться  ко  входу  надо  теперь  с  топором.   Если  дом  откуда-то  и  видно,  то  только  с  боков  и  с  тыла.

Вот  эти  сухие  сучья  и  есть  останки  последней  упавшей  ивы.   Фасад  дома  за  ними,  но  его  не  видно.


А  это  -  вид  сзади.   Видно,  где  к  дому  был  пристроен  рухнувший  сарай.
Заделать  дыру  досками  у  меня  не  хватило  пороха.  И  я  просто  прибила  кусок  рыжего  линолеума,  прослужившего  мне  верой  и  правдой  добрых  полтора  десятка  лет.


Вот  так  моя  развалюшка  выглядит  с  левого  бока.   В  пристроечке  -  вход  в  дом  и  сени.

А  это  -  вход  в  те  самые  сени.   Входная  дверь  давно  слетела  с  петель,  и  чтобы  ее  открыть,  надо  взять  ее  двумя  руками,  приподнять  и  переставить,  куда  нужно.  За  неимением  сарая,  его  роль   выполняют  сени.   Справа  -  весь  огородный  инвентарь  -  лопаты,  тяпки,  вилы,  коса  и  всякая  прочая  дребедень.

                                                       
    Железная  бочка  слева  когда-то  собирала  воду  с  крыши  (для  полива).  Но  была  оставлена  хозяевами  под  зиму  с  водой  и  ее  разорвало.   А  у  меня  так  и  не  дошли  руки  ни  починить  ее,  ни  выбросить.

Эту  веранду  я  пристраивала  сама,  когда  рухнул  сарай  и  дом  остался  открытым.   Рамы  взяты  из  заброшенного  коровника.   Все  держится  на  соплях  и  на  честном  слове.  Однако,  простояло  лет  15  и  еще  простоит  столько  же.



  А  это  -  фасад  в  три  окошечка.   Когда-то  под  окнами  была  скамейка,  но  сгнила.   Нижние  бревна    дома  тоже  сгнили.   Собственно,  от  них  остались  только  наружние  оболочки  бревен,  которые  к  тому  же  оторвались  от  углов.   Таким  образом,  дом  стоит  только  на  углах  сруба.  И  сколько  он  еще  простоит  -  один  бог  знает.   Может  -  и  лет  десять.   Во  всем  остальном  дом    жилой  и  сухой.  И  вполне  годится  для  "турпохода  под  крышей".  Собственно,  именно  таким  турпоходом  и  была  вся  наша  жизнь  в  нем.    Все  время  проходило  на   улице  и  в огороде,  а  в  доме  только  ночевали.
   
Все  двадцать  с  лишним  лет  мы  прожили  без  электро-холодильника,  совершенно  не  страдая  от  этого.  Роль  холодильника  выполнял  огромный  толстостенный  пенопластовый  куб  с  такой  же  крышкой.   Внутрь  него  заливалась  колодезная  вода  с  температурой  7-10  градусов,  и  в  эту  воду  ставилась  и  трехлитровая  банка  с  молоком,  и  все  скоропортящееся.    Обновить  воду  раз  в  2  дня  затруднений  не  вызывало.   "Отработанная"  вода  шла  на  полив  огорода.

Лет  7  назад  мне  подарили  в  этой  же  деревне  еще  один  дом.   На  порядок  крепче  и  приличнее  моего.  С  сараем,  полным  дров,  с  огромной  печкой  с  лежанкой  -  живи  -  не  хочу,  хоть  всю  зиму.   Хозяйка  (тоже  москвичка)  нашла  себе  кавалера  с  дачей,  а  этот  дом  просто  бросила,  так  как  он  был  куплен  без  оформления  и  продать  его  практически  невозможно.  Его  можно  только  подарить,  отдать.  Что  она  и  сделала.   Так  что,  я  теперь   владелица  двух  домов.  И  ни  один  мне  не  нужен,   даже  если  бы  я  и  осталась  в  России.  Вот  он,  второй  дом.   Красивый,  обшитый  тесом,  светлый,  окнами  на  юг.


                                  
С  этого  года   нормально  жить  в  моем  Простоквашине  можно  только  имея  машину.   Автолавка     ходить  перестала.  Из  трех  колодцев  не  осталось  ни  одного  нормального.   Тот,  на  который  я  ходила,  просто  лег.



Вместе  с  крышей   колодца   лег  и  ворот,  который  крутили,  вытягивая  ведро.   И  теперь,  чтобы  достать  воды,  нужно  руками  спустить  ведро  на  цепи  и  так  же  руками  его  вытянуть.  И  мне  с  моей  одной  рукой  этого  не  одолеть.   Во  втором  колодце  вода  стала  тухлая  (кто-то  туда  свалился).   А  третий  дальний  колодец  с  приличной  водой  тоже  на  грани  обрушения  крыши  с  воротом.  Опусти  ведро  в  колодец,  начни  его  вытягивать  -  и  крыша    тебя  накроет.   Кое-кто  из  дачников  набурил  себе  скважин.   Но  вода  из  них  идет  ржавая.   И  народ,  имеющий  машины,  возит  питьевую  воду  из  Кашина,  а  то  и  из  Москвы.
Я  же  в  этот  свой  заезд    прожила  на  прошлогодних  запасах  поливочной  воды,   год   хранившейся  в  пятилитровых  бутылях.    Нормальненько.

Но,  вообще-то,  жалко  бросать  свою  деревушку.  Она  -  милая.   Слева,  за  этими  зарослями  -  мой  дом.    Впереди  -  бывший  магазин,  который  окрестная  молодежь  (деревенская  и  дачная)  приспособила  под  клуб.  


В  ста  метрах  от  моего  дома  протекает  речушка,  хоть  и  заросшая,  но  вполне  пригодная  для  купания.
Это  -  остатки  бывших  купальных  мостков.



А  вот  и  сама  речка  (вид  налево).



И  направо.


И  поскольку  шоссейка  расположена  за  речкой,  местное  моторизованное  население,  скинувшись,  построило  себе  мост.


Раньше  по  нему  и  автолавка  ходила.  А  теперь  автолавка  -  ёк.

Вот  еще  несколько  снимков  из  моего  Простоквашина.


Опять  мой  дом  попался  в  кадр.   Желтые   цветы  -  это  топинамбур.   


Очень  красив   огромный  соседский  дуб  по  пути  на  речку.

А  в  этом   соседском  доме  круглый  год   жили  очень  хорошие  люди.   Потом  глава  семейства  умер,  а  бабушку  дети  забрали  в  Кашин.  Приезжают  сюда  по   воскресеньям,  поливают  огород  и  все  вокруг  обкашивают.  Если  не  обкосить,  то  по  весне,  если  пойдет  пал  по  прошлогодней  сухой  траве,  дом  сгорит.


А  это  дом  соседки  напротив,  через  дорогу.  Очень  гадкая  баба  была.  Бр-р-р!


Дорога  к  речке.


И  от  речки.


Под  соседским  дубом.   Мой  дом  -  слева,  за  желтыми  цветами.


А  это  дома  на  перпендикулярной  улочке.  В  левом  домике  живут  Мигачи,   единственные  местные  жители,  которые до  сих  пор  в  Шевелеве  зимуют.   Именно  о  них  и  будет  следующий  рассказ.











                             

Вопрос

Друзья,  если  кто  знает,  как  вставлять  в  блог  фотки  из  Picasa,  поделитесь  опытом,  так  как  у  меня  случилась  непонятная  беда.   При  перенесении  деревенских  фоток  в  комп  перенеслась  примерно  половина.  Когда  я  попыталась  дослать,  комп  не  реагировал  -  он  "считает",   что  в  фотике  новых  для  него  фоток  нет.
Тогда  я  скинула  их  в  Пикасу.  А  как  вставлять  их  в  блог   оттуда  -  понятия  не  имею.

воскресенье, 25 августа 2013 г.

Поездка в деревню.

Собственно,  ситуацию  со  своим  тверским  "поместьем"  я  описала  в  главе  от  7  августа  ("Как  я  23  года  тому  назад  стала  помещицей").   И  в  этот  раз  все  происходило  именно  так.   Свою  "родную"  станцию  "о.п. 220 км"  я  проехала  на  поезде  глубокой  ночью.  Нечего  было  и  думать,  чтобы  в  темноте  пытаться  добраться  за  5  км  до  своей  деревни.

Ночевала  я,  как  и  было  задумано,  на  скамейке  в  зале  ожидания  узловой  станции  "Сонково",  на  старинном  добротном  советском  резиновом  надувном  матрасике.   Матрас  был  детским,  но  его  размера   мне  вполне  достаточно  для  комфортного  спанья  -  основная  часть  тела  на  мягком,  а  лодыжки  перебьются  и  на  скамейке.

Ночь  прошла  в  штатном  режиме.  Бомжей  не  наблюдалось.  Собственно,  линия  эта  довольно  заштатная,   спросом  у  бомжей  не  пользующаяся,  а  потому  и  довольно  спокойная.   Именно  по  причине  заштатности  и  провинциальной  простоты  нравов  в  Сонкове  сохранился  общественный  туалет  системы  "очко".   Это  когда  в  маленьком  домике,  разделенном  пополам  на  "М"  и  "Ж",  в  каждом  закутке  по  два  отсека,  а  в  полу  каждого  отсека  -  просто  дырка  в  деревянном  полу.   Помещение  безумно  зловонное,  где    естественный   "аромат"   сдобрен  еще  и  выедающей  глаза  хлоркой.   После  посещения  подобного  заведения  ты  и  сам  долго  еще  "благоухаешь".

На  некоторых  лавках,  подобно  мне,  спали  вполне  приличные  пассажиры.  Вот  только  матрасиков  надувных  под  ними  не  было.

Утром встречным  поездом  я  благополучно  доехала  до  своего  полустанка.  Там  стоит  еще  вполне  крепкий  дом,  принадлежащий  железной  дороге.


В  этом  доме  жили  (да  и  теперь  еще  живут)  муж  с  женой.   Раньше  они  работали  смотрителями - обходчиками,  и  дом  считался  ведомственным  жильем.  А  теперь  они  оба  давно  на  пенсии,  но  другого  жилья  у  них  нет.  Да  и  из  этого  их  никто  не  гонит,  так  как  оно  никому  не  нужно  -  желающих  перехватить  у  них  грошовую  "трудовую  эстафету"  нет  и  уже  никогда  не  будет.  Все,  что  они  делают  по  станции,  это  включают  свет  на  столбах  к  приходу  поезда.  Но  это  работой  не  считается  и  за  это  им  нет  никакой  доплаты.    У  них  там  понастроена  куча  сараев,  и  местное  население  оставляет  в  них  свои  вещи  на  время.   Всем  очень  удобно.   Старики  -  люди  разговорчивые,  и  пока  народ  дожидается  поезда,  успевают  им  сообщить  все  местные  новости  -  в  основном,  у  кого  кто  родился    и  кто  где  умер.   Тем,  кто,  как  я,  слабосилен  или  обременен  поклажей,  они  помогают  сесть  в  поезд,  подают  вещи.   В  общем,  очень  полезные  старики.   Даже  страшно  подумать,  что  и  они  когда-нибудь  исчезнут.  Тогда  бесхозный  домик  местное  население  быстренько  растащит  на  дрова,  и  будет  станция  полностью  безлюдной,  какими  и  стали  почти  все  остановочные  пункты  на  этой  забытой  Богом дороге.   Буквально  -  на  моей  памяти.   Осенью  едешь  -  станционный  домик  еще  стоит,  а  по  весне  -  даже  и  следов  его  нет.

Немножко  поговорили  (в  основном  -  пожаловались  друг  другу  на  жизнь-жестянку),  и  я  пошла  к  себе.   Двадцать  минут  по  лесной  дороге  -  и  я  в  первой  на  моем  пути  деревне  по  названию  Ванчугово.   Когда-то  это было  очень  густо  населенное  село,  если  судить  по  остаткам  огромного  кирпичного  храма.   Сейчас  в  деревне  осталось    всего  лишь  девять  домов,  из  которых    только  в  трех  народ  живет  круглый  год.   Один  дом  заброшен  полностью,  второй,  в  котором  я  иногда  ночую,  практически  тоже  заброшен  и  не  сегодня - завтра  рухнет.   В  остальные   дома  изредка  и  ненадолго   приезжают городские  хозяева,  кашинские  или  московские.

Подошла  я  к  "своему"  дому  -  стоит  еще.  Уже  хорошо.


Отперла  замок,  стала  дергать  дверь,  а  она,  не  отворяясь,  просто  упала  к  моим  ногам  -  дом  осел,  и  она  снялась  с  петель.

В  принципе,  содержимое  дома  никого  из  местных  не  интересует,  а  чужие  и  хищные  в  тех  краях  не  шастают.   Но  дом  не  мой,  и  раз  он  был  хозяином  заперт,  значит  мой  долг,  уходя,   его  все-таки  запереть.  И  пришлось  мне  как-то  приспосабливать  замок  к  внутренней  двери.

Когда  поезд  приходил  вечером  в  разумное  время,  я  в  этом  доме  ночевала   по  пути  и   туда,  и  обратно.   Теперь  по  пути  туда  ночевать  можно  только  в  Сонкове,  но  по  пути  обратно    вполне  можно  переночевать  и  в  нем.   Если  не  рухнет  на  голову.   Потолки  во  всем  доме,  кроме  как  над  постелью,   обвалились.  Дом  в  очень  плохом  состоянии.

Дальше  путь  мой  лежал  лугами.   Травостой  в  этом  году  хороший,  и  если  бы  по  бывшей  дороге,  ставшей  теперь  просто  лугом,   недавно  не  прошла  машина  электриков,  проложившая  колею,  мне  бы  дальше  пути  практически  не  было.  Ну,  разве  что  торить  свою  тропу  в  траве,  что  и  трудно  и  противно.  А  так  я  свободно  шла  по  проложенной  колее  и  даже  с  тележкой  (которая  мне  очень  потом  пригодилась).

Погода  была  прекрасная.  Светило  солнышко,  дул  легкий  ветерок.  Казалось  бы,  живи  и  радуйся!   Но  весь  кайф  был  поломан  кровососами,  и  путь  до  следующей  деревни  был  сущей  мукой.   В  этих  тверских  краях,  начиная  с  весны,  тебя  всегда  кто-нибудь  да  жрал.   Сначала  это  были  полчища  комаров,  потом  комары  кончались,  но  начинались  слепни  и  овода.   И  только  к  осени  наступало  блаженное  время,  когда  никто  на  тебя  не  покушался.   Именно  на  этот  кайф  я  и  рассчитывала.   И  совершенно  упустила  из  виду,  попросту  забыла,  что  лет  пять  назад  в  этих  местах  появилась  новая  напасть  -  оленья  кровососка   (лосиная муха, лосиная вошь, лосиный клещ).   Это  такая  летучая  тварь,  которая  с налета  плюхается  на  тебя,  сбрасывает  крылья  и  превращается  в  цепкого,  плоского  ползучего  растопыренного  гада,  который  быстро-быстро  начинает  бежать  по  телу,  норовя  скрыться  в  волосах  или  под  одеждой.  Отыскав  укромное  местечко,  ОНО  присасывается  и  начинает  пить  кровь.   Если  гада  вовремя  не  обнаружить,  не  вытащить  и  не  убить,  на  месте  укуса  вскочит  зудящая  шишка,  которая  будет  отравлять  тебе  жизнь  недели  две.   И  если  раньше  эти  твари  были  сравнительно  редки  и  можно  было  вытащить  каждую,  то  в  этом  году  их  было  столько  (особенно  -  в  лесу),  что  никаких  рук  не  хватало  отлавливать  их.  Тем  более,  что  руки  были заняты  тележкой.   В  общем,  это  был  сущий  ужас.

Почти  бегом  я  добралась  до  следующей  деревни,  где  имеет  дом  и  даже  маленький  огородик  моя  давняя  приятельница.   И  там  меня  уже  ждали  дары  огорода  -  свежие  огурчики  и  молодая  картошечка.   Добавив  на  тележку  еще  и  эту  поклажу,  я  наконец-то  потопала  в  свою  деревню,  до  которой  было  еще  минут  25-30  ходу.

Вот  и  деревня,  вот  и  место,  где  стоит  мой  дом,  но  дома  не  видно  -  так  все  вокруг  заросло.



Молодые  топольки,  рябинки  и  березки,  осот,  иван-чай,  малина,  смородина  стоят  сплошной  стеной  и  не  пускают  меня  к  дому.   Сначала  думала,  что  прорву  проход  в  траве  руками,  доберусь  до  дома,  а  потом  косой  прокошу  нормальный  проход.  Но  трава  заматерела,  и  ее  ни  руками  не  вырвать,  ни  косой  не  скосить.   Пришлось  просто  мять  ее  ногами  направо  и  налево,  протаптывая  тропинку  к  дому.

В  доме  вроде  все  было  в  полном  порядке.   В  смысле  -  чужие  не  хозяйничали.   Ну,  разве  что  мыши.   И  птички  -   все  в  сенях  было  укапано  их  пометом.



Все  постельные  принадлежности  свисали  с  потолка  в  мешках.   Это  было  сделано   для  того,  чтобы  мыши  не  смогли  до  них  добраться,  устроить  там  свои  зимние  гнезда,  все  погрызть  и  испакостить.



И  поскольку  я  не  планировала  спать  тут  более  3-х  ночей,  я  не  стала  ничего  из  мешков  доставать  и  организовывать  себе  нормальное  спальное  место  с  постельным  бельем  и  прочими  прибамбасами  цивилизации.   Я  просто  положила  на  постель  толстый  поролон  и  спала  на  нем,  не  раздеваясь,  укрываясь  двумя  шубами.  И  спалось  мне  в  первозданной  тишине,  как  в  раю.   Если  не  считать  того,  что  приходилось  иногда  хлопать  рукой  по  постели,  чтобы  прогнать  мышей,  шебуршившихся  где-то  рядом.   Я  на  них  была   не  в  обиде,  так  как  в  данном  случае  не  они  у  меня  были  в  гостях,  а  я  у  них.   Днем  же  они,  ничуть  не  смущаясь  моим  присутствием,  разгуливали  по  полу  и  даже  по  столу.

Электричества  в  доме  не  было,  и  чтобы  сготовить  себе  поесть,  я  брала  длинный  провод  и  электрическую  плитку  и  шла  к  соседнему  дому.  Там  я  накидывала  свой  провод  на  провода,  идущие  к  дому


и  тащила  его   к  большому  камню,  на  котором  размещала  плитку  с  кастрюлькой.    Камень  этот  со  всех  сторон  закрыт  высокой  травой,  и  людям,  проходившим  изредка  мимо,  было  совершенно  невдомек,  что  рядом  совершался  акт  воровства  электроэнергии.


 
Вот  так  и  прожила  я  свои  три  дня.  За  это  время  выкопала  в  огороде  немного  чеснока,  который  высунулся  из  травы  своими  цветочными  головками.  И  это  был  мой  единственный  урожай  в  этом  году.   О  том,  чтобы  идти  в  лес  за  остатками   черники,  нечего  было  и  думать  из-за  мух-кровососок.   Собирать  облепиху  я  тоже  не  стала,  так  как  обнаружила  в  доме  4 полуторалитровых  бутылки  с  прошлогодними  облепиховыми  заготовками   и  4  литровых  банки  малинового  джема.   Все  это  добро  весило  10  кг.   Хорошо,  что  у  меня  была  тележка,  на  которой  я  все  и  вывезла  на  станцию.



четверг, 22 августа 2013 г.

Беспокоиться не надо.

Некоторые  товарищи  интересуются,  куда  я  пропала.
Отвечаю.
Была  в  деревне.
Вернулась  живая  (хотя,  могла  и  не  вернуться).
Материала  много.
Буду  излагать  по  хронологии  и  по  физической  возможности.

четверг, 15 августа 2013 г.

Московский бесплатный сыр

Я  уже  писала  про  фантастический  московский  тариф  (Супер МТС),  по  которому  я  за  100 р.  (12 шек),  из  которых  50 р. осело  на  балансе,  получила  возможность  бесплатно  лялякать  по  часу  в  день  с  моими  московскими  друзьями,  абонентами  того  же  МТС"а,  а  также  с  владельцами  московских  стационарных  телефонов.   То-есть,  практически  СО    ВСЕМИ.    БЕСПЛАТНО.   ПО  ЧАСУ  В  ДЕНЬ.

Это  ли  не   фантастика?   В  чем  выгода  для  оператора?  -  думала  я.   И  не  могла  ничего  придумать.

Но  потом  от  этого  МТС"а  стали  приходить  СМСки.   Мне  сообщали,  что  в  течение  пяти  дней  мне  подключат  бесплатно,  как  бы  "на  пробу",  разные  услуги.  Ну,  типа  гороскопа,  анекдотов,  "Вам  звонили..."  и  прочее  всякое  разное.

Мало  того,  что  они  меня  задолбали  своими  буквально  непрерывными  СМСками, ( под  принятие  которых  еще  требовали  освободить  место),  как-то  так  случилось,  что  без  моего  желания  (я  им  санкции  не  давала),    меня  подписали  на  кучу  этой  гороскопно-анекдотной  дребедени.   То-есть,  5  бесплатных  дней  когда-то  кончатся,  но  эта  лавина  не  только  не  остановится,  но  будет  еще  и  съедать  денюшку  с  моего  баланса.

И  вот  о  том,  что  я  уже  подписана,  эти  дурни  радостно   сообщили  мне  новыми  СМСками.   Думала  я  думала,  что  же  теперь  делать,  неужели  позволить  им  себя  облапошить?   И  не  придумала  ничего  лучше,  как  пойти  снова  в  тот  офис  (пока  не  закончились  эти  халявные  пять  дней),  заявить,  что  "без  меня  меня  женили",  и  потребовать  ликвидировать  подписки.

Офисный  мальчик  сопротивляться  не  стал,  подписки  ликвидировал.   А  я  совсем  "обнаглела"  и  попросила  его  сделать  так,  чтобы  меня  перестали  заваливать  МТСовскими  СМСками.   Он  и  их  отключил. 

 И  вот  уже  полдня  я  живу  спокойно.   И  думаю,  удалось  ли  мне  действительно  сделать  свой  индивидуальный  сыр  бесплатным?  То  есть,  вытащила  ли  я  его  из  мышеловки?

суббота, 10 августа 2013 г.

Гринпису - слава!

Когда  в  январе  перед  отъездом  я  купила  себе  фотоаппарат  и  мне  не  терпелось  опробовать  его  в  деле,  я  отправилась  на  улицу  в  поисках  интересных  объектов  для  съемки.   И  увидела  то,  от  чего  моя  флоролюбивая  душа  просто  зашлась  от  возмущения.

Поперек  тротуара  на  Комсомольском  проспекте  над  головами  прохожих  был  расположен  какой-то  огромный  рекламный  щит,  часть  которого  была  над  газоном.  А  на  газоне  росли  деревья.   И  чтобы  они  не  заслоняли  содержания  этого  щита,  кто-то,  пекущийся  об  интересах  фирмы,   старательно  много  лет    калечил  деревья,  не  давая  им  расти  вверх.   Сначала  им  отпилили  макушки,  а  потом  ежегодно  старательно  вырезАли  вертикально  растущие  ветки.

Я  вообще-то  из  породы  неравнодушных  и  где-то  даже  упертых  борцов  за  справедливость.   На  любом  фронте  и  по  любому  поводу.   Этот  ген  достался  мне  от  моей  еврейской  мамы,  и  ничего  поделать  с  этим  нельзя.    А  тут  еще  покусились  на  святое,  на  моих  любимцев,  на  дубок  и  на  каштанчик.

В  общем,  засняла  я  это  безобразие  и  отправила  снимки  с  точным  адресом  места  преступления  и  с  ядовитым  текстом  в  Гринпис.

И  какова  же  была  моя  радость,  когда   по  возвращении  я  обнаружила,  что  рекламный  щит  исчез,  а  дубок  и  каштан   прибавили  в  росте  по  метру  каждый.

И  еще  очень  хочется  думать,  что  этим  гадам - фирмачам  впаяли  какой-нибудь  немыслимый  штраф.

"Грабители"

Сегодня  друзья  попытались  вывезти  меня  на  природу  (на  празднование  чьего-то  дня  рождения).     В  принципе,  отчего  бы  и  не  прогуляться  по  роскошному  подмосковному  лесу  да  еще  в грибное  время  (недавно  прошли  дожди  и  грибы  поперли)?

Но  уже  в  поезде  я  ощутила  какой-то  внутренний  неуют  -  ну,  какие  к  лешему  прогулки,  когда  дома  дел  -  "конь  не   валялся"?    И  решила,  что  доеду  с  ними  до  нужной  станции,  наговорюсь  за  это  время  вволю,  да  и  обратным  рейсом  домой.

Доехали.   Проводила  я  их  еще  с  пол-километра  и  пошла  назад  к  электричке  по  грязной  скользкой  лесной  дороге,  одновременно  внутренне  спрашивая  себя,  радует  ли  меня  родная  природа  средней  полосы,  готова  ли  я  броситься  на   эту  родимую  землицу,  обнимать  ее  и  целовать?   Милее  ли  мне  привычное  разнотравье ,  чем   шипы  и  колючки  земли  обетованной?    И  с  удивлением  поняла,  что  мне  одинаково  безразлично   как  то,  так  и  другое.   Безусловно  приятно,  что  не  лезут  в  глаза  безобразные  опостылевшие  пальмы  с  лохмами  увядших  листьев  вокруг  стволов,  но  и  родные  осины  не  трогают  до  слез.   Может,  все  было  бы  иначе,  если  бы  дело  было  золотой  подмосковной  осенью  с  её  пожаром  лесов  под  прощальной  синью  небес ...    Но  летний  комариный  рай  меня  не  растрогал.

А  самое  интересное  ждало  меня  впереди.   Нет,  не  зря  какой-то  внутренний  неуют  погнал  меня  домой.

Открыв   дверь  в  квартиру,  я  услышала  какой-то  грохот,  раздавшийся  из  моей  комнаты.   Не  понимая,  что  (а  главное  -  почему)  там  упало,  я  в  нее  заглянула.   И  увидела  двух  мужиков,  шуровавших,  как  мне  показалось,  на  моем  балконе.  Распахнутом,  кстати,  настежь.   Ну  кому  придет  в  голову,  живя  на  восьмом  этаже,  запирать  балконную  дверь,  уходя  из  дому?

Подойдя  ближе  (страха  почему-то  не  было),  я  увидела,  что  мужики  не  на  самОм  балконе,  а  в  ремонтной  люльке  ЗА  ним.   И  заняты  тем,  что  снимают  емкости  с  землей,  прикрепленные  к  балконной  ограде  с  той  стороны.   Снимают  их  и  кидают  на  балкон.

Волей-неволей  пришлось  с  ними  разговаривать.   Мне  было  велено  убрать  с  балкона  все  лишнее   (а  там  лишнего  -  ого-го  сколько!),  чтобы  они  смогли  усилить  гидроизоляцию  и  поменять  плитку.  Я  сказала,  что  мне  менять  ничего  не  надо.
-   Пишите  заявление,  что  вы  отказываетесь.  Но  если  в  дальнейшем  произойдет  обрушение  балкона,  да  еще  с  жертвами,  будете  отвечать  перед  законом.

В  общем,  еще  одна  "головная  боль"  впереди.

А  если  бы  я,  черт  подери,  не  приехала  в  Россию?
Что  бы  они  делали?

Кто умнее, голова или руки?

В  предыдущем  посте  я  писала,  как  не  могла  вспомнить  код  от  подъезда.  И  с  тех  пор  я  ходила  с  бумажкой,  на  которой  записан  чужой  код.

И  вот  сегодня  подхожу  я   ко  входной  двери,  а  голова  занята  какими-то  своими  мыслями   и  совершенно  ничего  не  делает,  чтобы  войти  в  подъезд  (не  отдает  рукам  команду  "вынуть  бумажку  с  кодом  ..."   -  ну,  и  так  далее.   И  вдруг  замечаю,  что  я  уже  вхожу  в  открытую  дверь.   То есть,  руки  сами  ("на  автопилоте")   без   всякого   сознательного  мыслительного  участия  головы   нажали  на  нужные  кнопочки,  а   губы  все  еще  продолжают  шептать  заветное  сочетание  цифр.

Вот  такие  чудеса!

четверг, 8 августа 2013 г.

Первые московские впечатления

Вывалившись  в  десятом  часу  вечера  из  метро   "Парк  культуры",  я  не  сразу  поняла  причину  внутреннего  неуюта.   Стала  думать,  в  чем  дело?   И  осознала  -  дышать-то  нечем!  Ну,  то есть,  то,  что  попадает  в  легкие,  считать  воздухом  можно  только  условно.  Кроме  того,  на  улицах  как-то  темно  и  безрадостно.   Серенькие  люди  тихо  бредут  в  метро  и  выходят  оттуда.

Никакой  радости  от  возвращения  "домой"  я  не  чувствовала.   Наоборот,  мне  хотелось  обратно  в  уютный,  нормально  освещенный  Маалот  с  его   чистейшим  горным  воздухом,  которого  не  ощущаешь,  настолько  он  хорош.

Подошла  к  подъезду,  набираю  код,  а  дверь  не  открывается.   И  вот  стою  я  в  ночи  с  багажом  и  не  знаю,  что  делать.  Ждать  кого-то,  чтобы  вместе  с  ним  войти  в  подъезд,  бессмысленно  -  ночь  на  дворе.   И  спать  уже  хочется  -  нет  сил.

Стала  думать  и  вспомнила,  что  в  соседнем  доме  есть  контора  техника - смотрителя,  которая,  по  идее,  должна  работать  круглосуточно.   И  потащилась  я  туда  со  всем  своим  багажом.   Подергала  дверь  -  заперто.  Ну,  думаю,  ночевать  мне  во  дворе  на  лавочке.    Еще  раз  осмотрела  дверь  и  обнаружила  кнопку  звонка.   Позвонила  -  ни  ответа,  ни  привета.   И  когда  уже  совсем  собралась  уходить,  услышала  по  громкой  связи  сонное   "Вам  чего?" 

Как  смогла,  объяснила,  в  какую  ситуацию  попала.   Попросила  открыть  мне  дверь  моего   подъезда.  "Ждите"  -  было  мне  ответом.   И  молчок.   Надолго.

Когда  я  уже  собиралась  позвонить  снова,  послышалось  шарканье  и  дверь  отворила  старушка.   "Вот  -  суёт  мне  записку  -  я  просмотрела  журнал  вызовов   и  нашла  вам  два  чужих  кода.   Попробуйте.  Если  по  этим  кодам  туда  попадали  ремонтники,  то  и  вы  попадете."

Господи,  как  я  ее  благодарила!    Не  придумай  этот  "божий  одуванчик"  такой  ход,  хоть  МЧС  вызывай.

Квартира  встретила  меня  затхлой  духотой  нежилого  помещения.   Я  открыла  все  окна,  распотрошила  постель,  укрытую  от  пыли  полиэтиленом,  залегла  и  мгновенно  уснула.    Спалось  на  удивление  хорошо,  и  даже  спина  не  напомнила  о  себе  ни  разу.   Постель  у  меня  здесь  удобная.   В  Маалот  бы  такую.

Планировавшаяся  сразу  же  по  прибытии  поездка  в  деревню  отложилась.   У  людей,  соглашавшихся  взять  меня  с  собой  попутно,  изменились  планы.   И  я  с  утра  занялась  поиском  выхода  в  Интернет.   Перед  отъездом,  полгода  назад,  мне  удавалось  поймать  свободный  вай-фай  в  метро.  Туда  я  и  двинула.   В  поездах,  идущих  по  кольцу,  как  мне  было  сказано,  Интернет  есть.   И  действительно,  он  как  бы  есть.   То есть,  я  подключаюсь,  мне  "говорят"  что  "Подключено",  а  когда  реально  пытаюсь  войти   в  Сеть   -  фигушки!   И  каждый  раз  при  этом  мне  сообщают,  что  "Нет  подключения".   Меняю  поезд,  переподключаюсь  -  и  снова  тот  же  бред.   И  вот  почти  случайно  при  очередном  подключении  я  замечаю  ниже  слова  "Подключено"  маленькую  стыдливую  приписочку  "Без  выхода  в  Интернет".   Во-о-о  дают!   Оказывается,  и  так  бывает  -  подключился  к  вай-фаю  без  выхода  в  Интернет!

Иду  к  начальнику  станции  и  пытаюсь  выяснить,  как  это  возможно?   И  тетечка  мне  объясняет,  что  полгода  назад  (когда  мне  как  раз  и  удавалось  выходить  в  Сеть  из  метро),  был  пробный  запуск  проекта.   А  теперь  дело  доводят  до  ума,  прокладывают  сети  (?????),  поэтому  в  поездах  "Подключение"  есть,  этот  этап  отработан.  А  вот  запуск  всего  проекта  с  реальным  выходом   во    всемирную  паутину  намечен  на  2016 год.   Я  спрашиваю:    "Так  чего  же  вы  вводите  народ  в  заблуждение,  чего  ради  я  потратила  полдня  на  поиск  того,  чего,  по  сути,  пока  нет?"  Тетка  только  руками  развела.

И  я  поняла,  что,  видимо,  метрУ  надо  было  где-то  поставить  галочку,  отрапортовать,  что  "Подключение  есть".   Вот  они  и  ОТЛЕПОРТОВАЛИ !!!

Короче,  настоящий  вай-фай  я  нашла  только   в  Макдональдсе,  с  трудом  продравшись  сквозь   назойливую  рекламу  поставщика  этой  услуги.   Как  я  это  сделала,  затратив   минут  10,  я  не  очень  поняла,  по  сути  -  просто  случайно  кликнула,  куда  надо.   И  повторять  этот  опыт  мне  больше  не  захотелось.

Мое  счастье,  что  живу  я  напротив    Парка  Горького,  (через  реку).  И  пытаясь   поймать    свободный  вай-фай  в  собственной  квартире,  обнаружила,  что  таковой  есть,  и  приходит  он  ко  мне  из   этого  парка,  только  сигнал  очень  слабенький.

И  пошла  я  в  этот  парк.  И  убедилась,  что  Интернет   там,  действительно,  есть.      Но...
Но  по  возвращении  домой  поделилась  своей  бедой  с  соседкой,  и  она  просто  дала  мне  пароль  от   своего  личного  вай-фая.

Так  что,  все  хорошо,  что  хорошо  кончается.

И  телефонная  связь  у  меня  тоже  будет.   Обнаружила  у  своего  бывшего  оператора  (МТС)  новый,   какой-то  неправдоподобный,  фантастический  тариф  (называется  "Супер МТС").   Пришла  с  паспортом,  отдала  СТО  рублей  (12 шек),  и  получила  симкарту,  у  которой  на  балансе  50 руб  для  звонков  на  Билайн  и  Мегафон,  а  с  абонентами  своего  оператора  и  с  владельцами  московских  городских  телефонов   могу  по  ЧАСУ (!!!)  в  день  трепаться  совершенно  БЕСПЛАТНО.   И  никаких  обязательных  ежемесячных  платежей.
Это  ли  не  фантастика?   До  отъезда   у  меня  был  городской  номер,  и  я  за  него  платила  по  300-400 рэ  ежемесячно,  если  кому-то  звонила,  и  по  240,  если  не  звонила  никому  вообще.

Не-е-ет,  в  этой  дурацкой  стране  иногда  попадается  и что-то  хорошее.

(Вот  будет  облом,  если  я  просто  что-то  неправильно  поняла!)

PS  

Да  нет,  вроде  все  так  и  есть.   Проговорила  час  с  МТСовской  подружкой,  а  баланс  не  уменьшился.

среда, 7 августа 2013 г.

Как 23 года тому назад я стала помещицей.


После  рождения  дочери  я  честно  отсидела  с  ней  3  года  за  свой  счет,  что  позволяло  нам  наше  щедрое  государство.

Потом  пришлось  отдать  ее  в  садик  при  заводе,  на  котором  я  работала.   На  работу  вместе,  с  работы  вместе,  дома  вместе.   Вполне  достаточно  для  трехлетнего  ребенка.   А  что  делать  летом,  когда  ребенку  надо  быть  на  свежем  воздухе,  а  отпуск  -  всего  месяц   Но  и  тут  был  выход  -  садик  был  «выездной».   То-есть,  на  все  лето  детей  вывозили.

И  стала  я  ломать  голову,  как  ухитриться  все  лето  не  расставаться  с  дочерью.  Ну  -  или,  по  крайней  мере,  видеть  ее  каждый  день.   И  придумалось.   В  том  же  месте,  куда  выезжал  заводской  садик,  через  забор  был  и  заводской  пионерский  лагерь,  где  в  сезон  требовались  сотрудники.   И  людям,  что  соглашались  работать  в  лагере,  была  на  заводе   «зеленая  улица»  -  их  отпускали  в  лагерь  с  сохранением  рабочего  места  и  зарплаты  по  основному  месту  работы.  Ну,  очень  удобно.

Стала   думать  -  кем  завербоваться.    А  поскольку  я  была   «на  все  руки  от  скуки»,  мне  была  прямая  дорога  в  «кружководы».    Так  я  стала  руководителем  кружка  керамики,  единственного  на  то  время  свободного.    Руководителя  в  нем   уже  2  года  не  было,  но  сохранилось  все  оборудование   (главным  образом  -  муфельные  печи   для  обжига).

За  зиму  я  изучила  теорию  и  завела  нужные  знакомства,  а  поскольку  руки  у  меня  росли  из  подходящего  места   и  это  ремесло  было  мне  крайне  симпатично,  результатами работы  кружка  и  руководство,  и  дети  были  очень  довольны.

Кружок  этот,  кстати,  съедал  все  мое  время,  вообще  все,  даже  спать  было  некогда. Все,  что  дети  налепили  за  2  часа,  нужно  было  немного  «довести  до  ума»,  высушить,  обжечь,  покрыть  глазурью  и  еще  раз  обжечь.    Но  все  окупалось  тем,  что  дочь  была  рядом,  и  виделись  мы,  а  иногда  и  гуляли  в  лесу  -  каждый  день.   И  обидеть  ее  никто  бы  не  решился  -  мать-то  рядом.

Так  прожили  мы  7  лет.  Сначала  дочь  выезжала  с  садиком,  потом  с  лагерем.   Постепенно  мне  все  это  стало  надоедать.   Жить  в  зрелом  возрасте  день  и  ночь  среди  лагерной  музыки  и  вообще  лагерных  звуков   достаточно  тяжело.   А  было  мне  уже   полсотни  годков.  И  стала  я  тогда  искать  способ  как  бы  ухитриться  и  жить  все  лето  на  природе,  и  в  то  же  время  не  в  лагере.

Тут  как  раз  разрешили  в  нашей  стране   покупать  дома  в  сельской  местности     это  была  моя  «голубая  мечта»).    Всю  зиму   по  субботам  и  воскресеньям  ездила  я  по  пригородам  и  каждый  раз  все  дальше  и  дальше  от  Москвы.   Вблизи  все  было  раскуплено,  а  за  каждой  «перспективной  (на  тот  свет)»   деревенской  одинокой  старушкой  уже  стояла  очередь.
В  общем,  все,  что  мне  в  результате  «обломилось»,  это  с  виду  крепенький,  но,  как  оказалось,  съеденный  грибком  домик   в  симпатичной  деревушке  у  черта  на  рогах.   Чтобы  добраться  до  своей  «дачи»,  мне  нужно  было  ехать  3  часа  на  электричке,  потом  пересаживаться  на  «кукушку»   (местный  поезд  из  двух  плацкартных  вагонов),  ехать  еще  3  часа,  вывалиться  на  лесном  полустанке  в  8  вечера  и  идти  еще  на  своих  двоих  5  километров  до  своей  деревни.   Идти  по  тропинке,  то  лесной,  то  луговой,  то  болотистой.  Непременно  в  резиновых  сапогах,  даже  летом,  так  как  по  болотинам  иначе  не  пройти.  


Иногда  на  преодоление  этих  несчастных  5-ти  км  уходило  2,5  часа,  и  приходила  я  по  уши  в  грязи.   А  в  дождливую  погоду  деревня  была  практически  недоступна.


Когда  я  покупала  дом  и  оформляла  его,  в  сельсовете  обещали,   что  в  течение  трех  лет  проложат     туда   авто-дорогу.  Деревня  была  еще  вполне  "живая",  обитаемая.   Рядом  было  несколько  скотных  дворов,  на  которых  что-то  мычало  и  блеяло.    Поля  засевались,  луга  выкашивались.  В  деревне  был  клуб.      Каждый  день  работал  стационарный  магазин,  где  продавались  товары  повседневного  спроса.      Жители  держали  коров.  Молока,  сметаны  и  творога  было  -  хоть  залейся.

Дочь  я  там  вырастила.   На  внука благодати   хватило  уже   еле-еле.   Население  исчезало.   Старики  (в  силу  естественных  причин)    вымирали ,  молодежь  уезжала  в  города.  Сейчас  там  зимуют  3  человека.  Мигачи  -  муж  и  жена.     Ему  75,  ей  -  далеко  за  80.   И  сорокалетний  питерский  пропойца.   Летом  почти  в  каждый  дом  всё  еще  приезжают  дачники.   Это  либо дети  и  внуки  аборигенов,  переселившихся  в  города,  либо  те,  кто  вроде  меня  купил  тут  какой-никакой  домишко.

Коров  тут  давно  уже  и  в  помине  нет.  За  молоком  надо  идти  за  5 км.     Хлеб  и  прочую  снедь  раз  в  неделю  привозит  автолавка,   к  приезду  которой  подтягиваются  жители  близлежащих  деревень.   Очередь  надо  занимать  с  раннего  утра,  а  то  может  вообще  ничего  не  достаться.   А  по  плохой  погоде  автолавка  не  приезжает  вообще  -  проехать  по  раскисшим  дорогам  возможно  тогда  только  на  тракторе.   Можно,  конечно,  купить  продукты  и  в  магазинчике  бывшей  центральной  усадьбы,  но  пилить  до  него  5  км  по  колено  в  грязи   туда  и  столько  же  обратно.

Как  только  в  деревне  вообще  не  останется  зимующего  населения,  хозяйственные  мужички  из  бывшей  центральной  усадьбы   снимут,  порежут  на  кусочки  и  сдадут  в  металлолом  все  линии  электропередачи.   И  ничего  им  за  это  не  будет  -  не  пойман,  не  вор.  И  даже  того,  кто  принесет  сдавать  обрезки  алюминиевой  проводки,  почему-то  тоже  никто  за  руку  не  поймает.  Наверно  потому,   что  приемщикам  это  выгодно,  а  всем  остальным  наплевать.

Что  касается  меня,  то  я  и  теперь  жила  там  без  электричества.  Когда  после  ДТП  я  2  года  в  деревне  не  появлялась,  электричество  мне  "отрезали".  Буквально.   Сняли  проводку  от  линии  к  дому.   А  подсоединиться  снова  стоит  таких  денег,  что  теперь,  когда  я  бываю  там  наездами,   уже  нет  никакого  смысла  это  делать.   И  поскольку  меня  отсоединили  не  взирая  на  то,  что  у  меня  было  оплачено  вперед,  то есть,  я  оплатила  то  электричество,  которое    еще  не  потратила,  то теперь   я  с  легким  сердцем  и  чистой  совестью  нужное  мне    электричество  просто  уворовываю.  Обзавелась  длинным  проводом  и  подсоединяюсь  к  проводке,  идущей  в  соседний  дом,  практически  не обитаемый.   Подсоединяюсь,  естественно  ДО  электросчетчика  соседнего  дома.   И  если  кто  при  этом  и  страдает,  так  только  поставщик.   И  поделом  -   с  людьми  и  их  обстоятельствами  надо  считаться,  а  не  отрезать   свет  почем  зря  в  расчете  нажиться  на  повторном  подключении.
И  вот  в  такую  тьмутаракань  я  еду  «отдыхать»,  не  имея  никакого  представления  о  том,  цел  ли  дом  вообще  и  приезжает  ли  автолавка  в  частности.    Все,  что  я  знаю,  что  изменилось  расписание  «кукушки».   На  мой  полустанок  по  имени  «о.п.  220 км»  она  приходит  теперь  не  в  8  вечера,  а  в  11  ночи.   Идти  до  деревни   ночью  страшно.  Ногу  подвернешь  -  и  съедят  тебя  за  ночь  кабаны,  если  раньше  того  сам  не  помрешь  от  страха.    Поэтому  теперь  я  буду  ездить  на  кукушке  до  узловой  станции  Сонково  (это  еще  час  в  дороге),  ночевать  там  в  зале  ожидания,  а   утренним  встречным  поездом   ехать  обратно   до  своего « двести  двадцатого».

Интересно,  каково  мне  все  это  покажется  после  полугода  цивилизованной  "дачной"  жизни  в  спокойной  израильской  глубинке  с  чистым  горным  воздухом?